Это волшебное место – начало и конец пути, где завязка встречается с развязкой, вчерашние незнакомцы скрепляют начало новой дружбы, а разлучённые сердца празднуют воссоединение крепкими объятьями. Это памятное место – ещё со времён «Прибытия поезда», когда кино только становилось новым искусством. И кроме того, вокзал – очень стильное место, с неповторимой аурой ожидания, надежды и лёгкой грусти, поскольку любое путешествие рано или поздно заканчивается.
И хотя действие «Шумихи» связано с очень разными местами и ситуациями, привокзальная неразбериха лучше всего иллюстрирует этот аниме-сериал. Трудно с первого взгляда понять, кто кому кем и как приходится, почему одни радостно вопят и размахивают руками, а другие смотрят исподлобья, кто действительно счастлив, а кто лишь притворяется, кого сюда привела любовь, а кого бизнес. Люди все такие разные, но чтобы разобраться, чем они отличаются друг от друга, необходимо погрузиться в их жизни и попробовать распутать тот сложный клубок взаимных обязательств и симпатий, который делает семьёй, командой или кланом. Придётся стать въедливым журналистом и провести расследование. Собственно, ни одному из зрителей «Шумихи» этого не избежать: так или иначе придётся поскрипеть мозгами.
И это самый главный «недостаток» сериала: всё донельзя запутано, впрочем, весьма умело – куда там Квентину Тарантино или Гаю Риччи! Каждое событие преподносится с разных точек зрения, сюжеты ненамного разнесены по времени, смешаны и основательно взболтаны. Поначалу в этом калейдоскопе трудно вычленить главное, и кажется, что в пёстрой нарезке из эффектных и загадочных сцен нет никакого смысла. Но три истории «Шумихи» крепко связаны друг с другом причинно-следственными отношениями, героями и, разумеется, идеями, поскольку каким бы увлекательным ни было это зрелище, оно отнюдь не лишено подтекста.
Мафиозно-алхимическая суета вокруг двух загадочных бутылок в Нью-Йорке в 1930-м – в самый разгар «сухого закона». Кровавые события на трансконтинентальном экспрессе «Крадущийся Тигр», что мчится из Чикаго в Нью-Йорк сквозь ноябрьскую ночь 1931-го года. Журналистско-бандитское расследование конца 1931 – начала 1932 года, связанное с исчезновением брата одной встревоженной юной леди. Корабельная предыстория из 1771-го. Бандитские разборки в качестве фона, а также вагон и маленькая тележка совпадений, случайностей и невероятного сочетания удачи с феноменальной ловкостью и экстраординарной наглостью.
«Шумиха» напоминает аккуратно составленную головоломку или сложный пасьянс, в котором каждый элемент важен, и лишь с последним «паззлом» всё более-менее прояснится. Представление, способное доставить удовольствие тем, кто не прочь испытать свою проницательность и дедуктивные навыки. Так что зрителям, привыкшим брать с блюдечка тщательно пережёванные порции, лучше воздержаться. Тут требуется и внимание, и обязательный второй просмотр, который увлекает не меньше первого. А посмотреть есть на что, поскольку вокзалом и претенциозным названием поезда дело не ограничивается.
По энергетике и накалу стильности «Шумиха» вплотную подбирается к флагману ретро-джазового направления – «Ковбою Бибопу». Великолепный саундрек заставляет вспомнить самые ударные, отвязные и хулиганские композиции Йоко Канно и The Seatbelts. Шляпы и костюмы a-la «Дик Трейси» дополняют впечатление, но не в шляпах, разумеется, дело. «Америка 30-х годов» – больше, чем пространственно-временная координата: это давно сложившийся и целостный мир, заключающий в себе музыку, моду, героев и злодеев, обязательный набор завязок, своё особое отношение к морали, справедливости и мироощущению. Разброс велик: от «Неприкасаемых» и «Крёстного отца» – до комиксов, и не зря же к этому притягательному и волнующему стилю возвращаются снова и снова.
Создатели «Шумихи» не только правильно «уловили мотив», но смогли его грамотно продолжить и развить в своей железнодорожно-бандитской вариации, одновременно признавшись в любви и выразив своё почтение теме – в японско-анимешной манере.
Однако нет ничего фальшивого в появлении алхимиков и бессмертных на одном поле с мафией, репортёрами и воришками. Здесь нет традиционного отношения к неуязвимым и нестареющим созданиям как к чему-то сверх- или вне-человеческому, отягощённому великой целью. В «Шумихе» бессмертные не более чем козырная масть в колоде: безусловно, сила и цель для каждой шестёрки, но без других карт игра бы не состоялась, какой бы шулерской она ни была. Да и вообще, если сравнить Чеслава Мейера или Хью Лафорета с некоторыми «смертными» персонажами, то даже такой безусловный бонус, как мгновенное заживление ран, перестаёт впечатлять.
Верхнюю строчку занимает, безусловно, легендарный Чёрный Железнодорожник – кровавый демон, доводящий до истерических воплей прожженных негодяев. Далее следует на всю голову отмороженный бандит в белом со свитой маньяков и печальноликой невестой с хроническими суицидальными наклонностями. Неподражаемый в своей истовой убеждённости солипсист-акробат. Покрытая шрамами пироманка-взрывоманка, впадающая в экстаз от каждого «бум-ба-бах!» Наёмный убийца со специфическими представлениями о долге и справедливости и с привычкой разрывать своих жертв на куски. Профессиональные истязатели и садисты, превращающие пытку в высокое искусство. Хладнокровные убийцы и ещё более бесчувственные политики. Главы мафиозных кланов, почитывающие на досуге Эдгара Алана По. И, разумеется, парочка джокеров, способных спутать любые хитроумные расчёты – клоуны-шуты с ангельским человеколюбием и той мудростью, которая свойственная лишь наивным искренним простакам.
В таком окружении быть бессмертным – это значит быть ещё одним человеком с некоторыми странностями и одинаковой для всех перспективой рано или поздно прекратить своё существование.
Обилие персонажей, перемешанных в вокзальной толчее, скомпенсировано прекрасно подобранным ансамблем сэйю. «Шумиха» начинается с узнаваемого голоса отца Александра, то есть Норио Вакамото. Кэйдзи Фудзивара, озвучивая бешеного Лада Руссо, добавляет тому солидную толику величия. Слушая Масаю Оносаку, в образе Айзека Диана можно уловить что-то от Ваша Паникера. Среди прочих отметились такие сэйю-мастера, как Такэхито Коясу и Сё Хаями. И конечно же, нельзя не упомнить Санаэ Кобаяси, Марину Иноэ и Ю Кобаяси, благодаря которым женские персонажи ничем не уступают мужским.
Их не перепутать, и внешность тут не главное – за каждым из героев «Шумихи» стоит своё прошлое, мотивы, мечты. Раз за разом, через реакции, действия и флешбэки постепенно выстраиваются характеры. В какой-то момент ощущение запутанности исчезает – и начинается «информационный голод». Хочется узнать о них больше – кто и как познакомился, что с ними было и будет, с кем ещё их сроднит дорога. Так что полуоткрытый финал не может быть каким-то другим: сколько бы спешалов ни выпустили в дополнение, рассказать эту историю всю, полностью и до конца попросту невозможно. И вовсе не потому, что в эти события вовлечено так много людей, половина которых способны пережить и 30-е, и 90-е, и нулевые годы.
Просто жизнь во всей её полноте сама по себе бесконечна, так что негде поставить точку. Для бессмертия не нужен эликсир – мафия, например, и так бессмертна. Как дружба и любовь. Как честь. Как ненависть и жажда крови. Как закон притяжения между людьми. Как стремление к «земле обетованной» – тому дому, кораблю, семье, где тебя примут и защитят от бед, исцелят от одиночества доверием и заботой.
Время словно поезд, мчащийся вперёд: люди садятся на него, а когда приходит срок – покидают. Кого-то сбрасывают под откос, кто-то спрыгивает сам. Невозможно выбирать попутчиков или даже предугадать, кто едет с тобой. «Зайцы» и мошенники сядут бесплатно, но всё равно заплатят за билет. И даже если сменить вагон – скорость поезда не изменится. Можно бы ехать бесконечно, наблюдая, как в окне проносятся земли и годы… Но всё равно впереди, на вокзале, ждут те, ради кого был начат этот путь. Поезд прибывает, дама и господа! История начинается.
